Высшее достижение человечества

В октябре 1975 года два советских спускаемых аппарата-близнеца, «Венера-9» и «Венера-10», совершили посадку на поверхность Венеры. Было облачно, освещенность в зоне посадки примерно соответствовала земным сумеркам, дул легкий ветерок скоростью 0.5 — 1 м/с. Два аппарата, каждый из которых весил чуть больше полутора тонн, были уничтожены примерно через час после приземления, давление в 90 атмосфер и температура около 500° C сожгли всё то, что люди послали на Венеру. Но оба спускаемых аппарата, кроме осуществления обширной научной программы, успели передать на Землю телевизионную картинку места посадки. Это были первые изображения, полученные с поверхности чужой планеты.

Что мы, в сущности, знали о Венере до того, как смогли, наконец, подлететь поближе? У братьев Стругацких есть фантастическая повесть под названием «Страна багровых туч», посвященная покорению Венеры, такой, какой ее видели в то время.

Как и почти каждый человек XXI века, я искренне восхищаюсь схемотехникой современных процессоров и филигранной технологией их изготовления, позволяющей разместить миллиарды гигагерцовых транзисторов на физическом носителе размером с брелок. Прекрасны спутниковые группировки, позволяющие совершенно бесплатно определять свое точное местоположение каждому жителю Земли при помощи недорогого приборчика. Восхитительны сотовые сети, помогающие нам всё время быть на связи со своими близкими и качественно улучшающие координацию аварийных служб. Фактически, мы уже обладаем аналогами аварийных браслетов, описанными в мире Полдня братьями Стругацкими.

Достижения человечества в сфере медицины превосходят воображение. Вряд ли даже самый пронзительный провидец, опрошенный сто лет назад, смог бы предсказать, что мы научимся использовать роботов при проведении операций, будем лечить нерожденных детей прямо в утробе матери, кардинально снизим детскую смертность и разработаем лекарства от таких болезней, которые раньше были для больного смертельным приговором. В каких-то областях медицина еще пробуксовывает, например, в области лечения рака или коррекции возрастных изменений, но практика показывает, что если блестящие умы работают при серьезной финансовой поддержке, как это было, например, с поиском лекарства от ВИЧ, то решение проблемы становится только вопросом времени.

А что уж говорить про достижения на космической ниве! Мы смогли сделать стереоскопическое изображение Солнца, получить образцы солнечного ветра, научились записывать звуки инопланетных атмосфер, земные колесные роботы оставили свои следы на поверхности Луны и Марса, в земных лабораториях есть пробы кометного вещества.

Продолжаются исследования Марса, сейчас речь идет уже не о чисто научных запусках, когда «мы за ценой не постоим», напротив, всё сильнее действует экономический фактор и желание наладить постоянный и относительно недорогой поток информации с красной планеты: например, индийский «Мангальян» обошелся всего в $74 млн., при этом после выхода на орбиту спутника Марса в его баках еще оставалось 40 кг топлива (вдвое больше, чем нужно для запланированной шестимесячной миссии), так что индийский аппарат даже был способен прятаться от кометы Макнота на дальнем участке орбиты; или «Mars Cube One» — два кубсата объемом 6 литров и весом 13.5 кг, которые самостоятельно прошли весь путь от Земли до Марса (после отделения от аппарата InSight) и, несмотря на микроскопический размер, имели собственные навигационные системы, двигатели и каналы связи с Землей.

Само собой, после «Венеры-9» и «Венеры-10» изучение «Утренней звезды» было продолжено, мы получили цветные снимки поверхности, осуществили топографическое и гравитационное картирование поверхности Венеры, спускаемые аппараты научились выживать в жутких венерианских условиях больше двух часов. Иногда вблизи Венеры наблюдалась такая толкучка земных космических аппаратов, что даже стала возможна совместная работа американского «Мессенджера» и европейского «Венера-экспресса».

И — жемчужина космических исследований — программа «Вояджер»; на момент написания статьи «Вояджер-1» удалился от Солнца более чем на 20 световых часов, «Вояджер-2» — на 16 часов 40 минут, оба аппарата после огромного объема уже проведенных исследований продолжают выполнять научную программу и поддерживают связь с центром управления (вот, например, расписание на период с 27 июня до 22 июля 2019 года).

Но каждый раз, когда в шутку или всерьез заходит разговор о высшем достижении человечества, передо мной встают венерианские панорамы, полученные в октябре 1976 советскими спускаемыми аппаратами «Венера-9» и «Венера-10». Я сам успел пожить в Советском Союзе, и в моих воспоминаниях нет того тяжелого леденцового налета (ну, или серо-порохового, в зависимости от мемуариста), который зачастую присутствует в размышлениях людей, акцентирующих какую-то одну грань различия между прошлым и настоящим. Люди, жившие в СССР, не были ни стальноглазыми адептами всемирной коммуны, ни вислоухими недоумками, эксплуатируемыми недалёкой геронтократической верхушкой. Они были — такие же, как мы. Может быть, чуть более придавленные бытом, вынужденные «доставать» одежду и питаться более однообразно, а за неимением сотовых телефонов и GPS-навигаторов для уточнения своего местоположения им порою приходилось протаивать пальцем маленький прозрачный овальчик в толстом слое наледи, покрывающей стёкла насквозь промерзшего трамвая.

У инженеров еще не было того набора мощных САПР и сети всемирного общения, которыми мы располагаем сейчас, поэтому прежде чем подойти к кульману и начертить хотя бы черновой набросок искомой детали, приходилось много считать, думать, спорить с коллегами, рыться в справочниках и профильной литературе. Что касается программного обеспечения, то эпоха проекта «Венера» пришлась как раз на смену поколений систем автоматического управления, когда аналоговые нелинейные схемы заменялись на первые цифровые САУ, составные части которых мы можем теперь идентифицировать как ПЛИС или микропроцессор. Кроме того, системы управления межпланетными летательными аппаратами были страшным секретом; как замечает автор сборника «Automatic Control in Space: Proceedings of the 8th IFAC Symposium», «The Soviet Union has published little about its spacecraft on-board computers», так что инженер-программист того времени был строго засекреченным универсалом, синтезом нынешних инженера-электронщика и программиста встроенных систем.

И однажды пришло время, когда все эти люди подняли головы к небу и решили: «Мы пошлем космический аппарат к другой планете. Во что бы то ни было, мы посадим на поверхность зонд, оборудованный научной аппаратурой и телефотометром, чтобы мы смогли увидеть инопланетный пейзаж. И если эти межпланетные аппараты не будут достигать своей цели, мы будем слать еще и еще, пока не добьемся своей цели». И хотя «Спутник-7», «Венера-1», «Маринер-1», «2МВ-1 № 1», «2МВ-1 № 2», «2МВ-2 № 1», «3МВ-1 № 2», «Космос-27», «Зонд-1», «Венера-2», «Венера-3», «Космос-96», «Космос-197», «Космос-359», «Космос-482» не достигли своей цели, сгорая при авариях ракет, пролетая мимо цели, разбиваясь о венерианские скалы, пришло всё-таки время, когда мы, жители Земли, смогли взглянуть на ландшафт чужой планеты.

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий